4x4 Extreme Motorsport
24.07.2006, 14:06
Пустынное откровение
Так уж повелось, что все поездки в моей жизни происходят спонтанно. Твердо решив, что с автоспортом в этом сезоне я буду связан только как организатор соревнований, я никак не подозревал, что мои «твердые» убеждения развеются в пыль. Увидев анонс знаменитой гонки «Пустынный экспресс», или, как называют такой формат соревнований автогонщики, «Пушечное ядро», я дрогнул. Осталось найти еще троих безумцев, готовых выдержать испытание пустыней и потратить сравнительно небольшие, но все же деньги на поездку. Желающие нашлись неожиданно быстро: Костя Бондарев, Татьяна Шейнич (жена Кости), Саша Сингаевский и я, Сухецкий Богдан. Вот и весь состав, представляющий Украину в далекой стране Султанат Оман на Аравийском полуострове, в международной гонке «Пустынный Экспресс». Представление о внедорожном спорте у остальной компании было поверхностное, но желание испытать себя в пустыне пересилило здравый смысл. Я ничуть не переживал: мы давно знакомы, и в коммуникабельности, выносливости и напористости сомнений не было В спешном порядке собрали снаряжение и прилетели в Султанат Оман. Формат соревнований казался довольно простым. Организатор выдавал стандартные автомобили «100 тойота Ленд Круйзер», с 4,5 бензиновыми двигателями и двумя топливными баками. Оснащены машины по минимуму. Каркас безопасности, четырехточечные ремни, стандартная резина, стандартный набор ключей, домкрат, трос, пара тяжеленных трапиков (металлические площадки, которые в случае чего засовывают под колеса), радиостанция, работающая на одной частоте для всех, и система спутникового контроля ИРАТРАК , по которой в онлайне отслеживалось движение экипажей. С помощью этой системы организатор следил за передвижением автомобиля; там имелась красная кнопка SОS для экстренных случаев и зеленая - для связи с организатором через спутник. Этот чудо-приборчик имел датчик, который сам посылал сигнал аварии, если автомобиль перевернулся. И, конечно, наш основной проводник и путеводитель - прибор GPS (система позиционирования, позволяющая определять местонахождение), в который были «зашиты» 49 точек маршрута. GPS показывал направление на точку, и, когда экипаж подходил ближе чем на 200 метров к метке, автоматически открывалась следующая точка. За 7 дней пути разрешено было пропустить только 2 точки, и то с приличной пенализацией. Подсчет результатов осуществлялся тоже довольно просто. Кто сумел пройти по кратчайшему пути с минимальным километражем в определенное время, тот и победитель. Понятно, что кратчайший путь был не сахар и пролегал по самым диким местам страны вдалеке от дорог. Маршрут периодически подходил к заправкам с магазинами, где можно было заправиться и купить воду и провизию.
Одно из основных правил гонки гласит, что экипажи одной команды обязаны стартовать не раньше 8 утра и остановиться, где бы они ни находились, ровно в 16.00, при этом неотрывно находиться в прямой видимости друг с другом. Любое нарушение жестоко наказывалось.
За день до старта на страну обрушился мощный ураган, который разрушил часть дорог, дома, поломал пальмы. Местами дороги были покрыты почти метровым слоем глины и грязи, принесенной селевыми потоками. Трудно было представить, что было бы с участниками, застань их такие потоки где-то в долинах.
Первый день обещал быть очень насыщенным. Путь к месту старта - почти 230 километров. Там уже проводились официальные мероприятия для VIP-персон, гонки на верблюдах, народные танцы, звучали приветственные слова, - но нас все это мало интересовало. Всплески адреналина, нервная дрожь, последние приготовления перед стартом. В машинах закреплено все, что может пригодиться во время пути. Брали только самое необходимое, ведь каждый килограмм дополнительного веса в дюнах играет большую роль. Спускаем колеса так, что диски почти касаются земли: это поможет не зарываться в песок. Машины выстраиваются в линию между двумя песочными горами. В «легенде», дорожной книге с комментариями к каждой точке, написано: «Слева в дюнах вы найдете проход к следующей точке». Влево смотреть не хотелось. Дюны высотой 200 метров, с которых местные детишки скатывались с радостными воплями на картонках, выглядели просто неприступными.
Французы, немцы, голландцы, прибалты, россияне, белорусы, казахи, украинцы - 16 команд и 36 автомобилей. Все по взмаху организатора ринулись в долгий семидневный путь. Из радиостанций несся такой галдеж на разных языках, что пришлось почти убрать звук. Постепенно страсти улеглись, все перевалили за хребет и каждый двинулся по своей малопонятной траектории на точку.
На вершине дюны открылась потрясающая картина - огромное, бескрайнее море песка. До самого горизонта одни дюны. Преодолеть по прямой этот ужас нам казалось невозможным. Где же этот проход, о котором заботливо написали организаторы? Через пару десятков километров, на которые мы потратили почти 5 часов, с постоянным откапыванием машин, мы совершили единственную, но серьезную ошибку. Не видя других экипажей, мы решили, что проход где-то есть, и, несмотря на то, что очень сильно отклонялись от прямой, упорно искали легкий путь… Только к вечеру мы поняли, что никакого прохода нет. Впереди были все те же дюны, которые нужно было преодолеть любыми усилиями. Устав морально и физически, приняли твердое решение: вперед! Но увы, лишние километры уже оставили нас без надежды на призы. К концу дня преодоление песка превратилось в рутину. Усадив по пороги в дюны сразу две машины, мы с некоторым облегчением приняли решение устраивать привал. Не прошло и 30 минут после остановки, как начался дождь. Пустыня в первый день решила проверить нас на прочность. Но это был еще не конец. Мы поспешили разбить лагерь, и тут обнаружилось, что в моей палатке отсутствовал каркас, колышки ,веревки. Все это было в чехле, который остался лежать дома. А дождь и не собирался заканчиваться. В семейную палатку Бондаревых проситься было не очень удобно, Сашина палатка оказалась одноместной, и туда с трудом влезла походная раскладушка. (Кстати, лежа на ней, чувствуешь себя как дома на кровати). В машинах тоже спать было невозможно: они стояли под таким углом, что спать пришлось бы практически стоя. Пришлось устраиваться в два яруса: Саня на раскладушке, а я втиснулся сбоку, в просветик. Так сказать, нижняя полка. Из соседней палатки немного пошутили на этот счет, и все быстро заснули, изможденные этим длинным днем. Не тут-то было, около полуночи мы проснулись от холода. За пару часов температура с 35 опустилась до 11 градусов! Хотя организаторы уверяли, что ночью ниже 20 не бывает. Естественно, спальники были рассчитаны на 20 градусов. Нацепив, все, что было из вещей, мы кое-как дождались утра.
Дождь прекратился, встало солнышко. Мы буквально за полчаса освободили две машины, которые, как казалось вечером, невозможно было достать вообще. Дождь сделал свое дело: песок стал влажным, и ехать было одно удовольствие.
Езда по дюнам - штука непростая. Разгоняешься, выскакиваешь на гребень. При этом видишь только небо и капот машины. Дальше как повезет: чуть помедлишь - садишься на гребне на брюхо. Перегазуешь - за гребнем может оказаться отвесный обрыв и переворот обеспечен. Часто на той стороне гребня оказывается воронка-ловушка, в которую машина сразу утыкается носом и выехать практически невозможно. Разобраться в строении дюн за неделю я так и не смог. Большие, маленькие, с широкими и узкими гребнями, обрывы, воронки, широкие порталы среди гор песка. При почти постоянном сильном ветре кажется, что пустыня должна быть в виде песочной равнины. Особенно меня поразил огромный котлован среди дюн. Почему ветер не занес это место песком, для меня загадка.
Учителей рядом не было, технику езды приходилось постигать на собственных ошибках, работая лопатой. В общем, все просто. Заезжаешь по большой дуге очень близко к вершине, пытаешься заглянуть на ту сторону дюны. Если все нормально и хватает инерции, переваливаешься, если нет - делаешь новый заход. Если с той стороны все-таки оказалась воронка, пытаешься двигаться по стенкам спиралью и перевалить дальше. Вторая машина ждет указаний и использует уже правильную траекторию. Преодолевать дюны - тяжелый труд. Днем жара поднялась до 35 градусов. Копать и бегать по дюнам было ой как непросто. Количество перекопанного нами песка можно было исчислять вагонами, а лопата стала основным инструментом.
Наконец мы добрались до точки дозаправки. Хотя мы и не видели в пустыне следы других участников, тут их скопилось довольно много. У многих были оторваны бамперы, разбиты задние стекла, погнуты двери. Досталось всем. Кто-то из судей одобрительно закивал и сказал, что у нас самая аккуратная команда, хотя и у нас при вытягивании лопнувшим тросом разбилась фара и погнулся капот.
Посмотрев на GPS, я не поверил глазам. Следующая точка находилась среди дюн (опять!), а рядом, буквально в пятистах метрах, синело море. В пустыню очень не хотелось, но песок после ночного ливня высыхал с катастрофичной скоростью. Ничего не оставалось, как побыстрее отправиться в путь, чтобы не успел высохнуть твердый подмокший слой. Удивительная страна, необычные условия гонки! Как только подумаешь, что все о’кей, тебя ждет сюрприз. Песок промок сантиметров на 15-20, получилась корочка наподобие тонкого льда. Первая машина без резких движений ехала по нему как по асфальту, второй было уже тяжелее, а потом мы испытали необычный эффект. Палящее солнце начало подсушивать верхний слой, и машину стало носить как по настоящему льду. На склоне достаточно было малейшего толчка, чтобы машину начало стаскивать вниз, а малейшая пробуксовка ломала твердую корку и могла посадить авто просто на мосты.
На исходе третьего дня организатор предусмотрел общий бивуак на берегу океана. С каким наслаждением мы плескались в теплой водичке, общались с другими командами, слушали шум волн! В этом месте песок был необыкновенно белого цвета. Меня удивило то, что мы все еще могли оценить красоту песка. Жаль, что организатор не захотел сделать здесь привал на день. Не повезло тем экипажам, которые прибыли на побережье уже в темноте. Сегодня требование на остановку в 16.00 было отменено. Все должны были собраться, получить новые указания и сделать новый старт утром. Здесь же была единственная возможность получить сервис. Питерская команда так штурмовала дюны, что, хотя и приехала одной из первых, на машины было жалко смотреть. У одной был напрочь уничтожен передний редуктор, а на заднем приводе в песке делать нечего. Русские насели на сервисную команду с требованием чинить мост. Те махали руками, утверждали что в поле это невозможно, и твердили: «Ноу поссибл». «Как это невозможно?! Посибл, посибл», - утверждали питерцы. В автоспорте механики за ночь практически новые машины собирают, а тут какой то редуктор! Хитрые местные сказали: «О’кей, будет редуктор, тогда поставим», - наверняка сознавая, что ближайший магазин запчастей на другом конце страны. Они не знали русских. Договорившись за большие деньги с журналистами, использовав их «тойоту» как донора и собрав по лагерю у кого какие были ключи, питерцы через пару часов с невинным видом принесли редуктор. Ооо, я видел эту картину! Думаю, до утра они и сами починили бы свою машину, но это было дело принципа. Утром отдохнувшая команда получила исправный автомобиль.
Покидать берег, который прозвали Бора-Бора, очень не хотелось. Опять общий старт и движение на точку. В легенде примечание: «Двигаться строго по накатанной дороге, или вы можете остаться здесь надолго». А где же эта дорога? Стартовавшие экипажи поехали каждый по своему пути, не задумываясь, что их ждет.
Представьте себе илистое дно моря. Вода уже давно ушла, но грунтовые воды не позволяют илу полностью высохнуть. Засохшая - только верхняя корочка. Выглядело это как хорошо укатанный асфальт, но мощные двигатели даже на второй передаче не тянули. В этот день очередь рулить была Сашина (мы регулярно менялись, а Костя, пользуясь положением главы семьи, практически все время проводил за рулем). Впереди, как бы осматривая окрестности, остановились несколько машин. Я каким-то чудом ощутил опасность и на очень повышенных тонах заставил Саню выскочить из колеи и жать газ до упора. Мы успели. Твердое место было через пару километров. За нами в разных местах садились машины, и среди них наш второй экипаж. Не проскочили и организаторы. Выглядело это комично: идеально ровное бескрайнее поле, усеянное машинами, и суетливо бегающие вокруг люди. Пожалуй, так серьезно мы еще не застревали. Ил буквально всосал машины. Для того чтобы поднять и подложить под колеса трапики, одного домкрата оказалось мало, он просто начал гнуться. Спасательные работы продолжались часа два. Еще одно подтверждение коварства региона.
Вечером у нас была запланирована туземная вечеринка. К 16.00 подобрали подходящее место для ночлега, поставили машины так, чтобы закрыться от ветра. Через пару дней пути у нас были четко отработанные задания по лагерю, и через 20 минут после остановки мы уже могли спокойно отдыхать. Конечно, первым делом хотелось принять теплую ванную или, в крайнем случае, душ, но норма воды исчислялась одной бутылкой на вечер. Девушке выделяли две.
Каждый достал припасенные туземные наряды, и мы весело провели вечер. При отсутствии палатки я всю поездку спал под открытым небом на походной раскладушке. В этом что-то есть, но пустыня, как всегда, не давала скучать. С 9 до 12 вечера дул сильный ветер, меняя направление каждые полчаса, а с полуночи температура падала и появлялась такая роса, что все становилось насквозь мокрым. Потихоньку и к этому приспособились. Однажды я проснулся от какого-то шелеста, открыл глаза и чуть не умер от страха. Надо мной выросла темная гора. Чего только не привидится спросонья! Меня как ветром сдуло с лежака, а дикий верблюд, решивший полакомиться украинской кухней, помчал в другую сторону. В пустыне этих верблюдов видимо-невидимо, мы даже иногда использовали их следы, чтобы выбрать правильный путь через дюны. А в одну из ночей какой-то зеброподобный осел орал так, что захотелось устроить на него охоту. Но разнообразием живности пустыня не радовала.
Организаторы приготовили новое испытание. На одной из точек стоял контрольный пункт, в котором отмечалось время, и до следующей точки средняя заданная скорость была 55 километров в час. Нарушаешь режим - штраф. Естественно, через некоторое время начались дюны, по которым ехать в таком режиме просто невозможно. Песок проскочили со скоростью около 30 км/ч и на спущенных до 0,8 колесах (при норме 2,5) понеслись по равнине наверстывать время. Качать колеса времени уже не было. Скорость в 140 км оказалась невыносима для наших колес, и после трамплина на второй машине порвались сразу два передних колеса. Костя каким-то чудом удержал машину от переворота. У нас осталось всего две запаски и появилось твердое правило - больше так не рисковать.
Вечером наша рация ожила и белорусская команда стала интересоваться, остался ли у нас запас водки. Остался! Но очень теплой. Как только белорусы получили координаты нашей стоянки, в ход пошла славянская хитрость. Сообщив организатору, что у них закончилась вода, а у нас она якобы имеется в избытке, эти жулики получили разрешение на переезд уже после 16.00! Братание двух народов проходило с тушенкой и почти сорокаградусной и по крепости, и по температуре водкой. Славянская хитрость заслуживает отдельного описания. Питерская команда, упершись в скалы на берегу моря, рассчитала время отлива и, немного подождав, просто поехала по воде, выиграв тем самым около 40 километров, когда остальные объезжали горный участок. Белорусы, разведав один из коротких проходов в горах, на другом участке вернулись пешком, чтобы ветками замести следы. Разговаривая на общей волне, прибалты на чистом русском утверждали, что нужно вокруг, а сами ехали прямо! И таких примеров было не счесть. Французы даже выразили недоверие приборам, и организаторам пришлось проводить дополнительную проверку. Все это мы узнали уже на финише, а пока километр за километром проходили просторы Султанат Омана. Впереди нас ждала горная часть страны. При подходе к горам на контрольном посту организатор сообщил, что гонка в этой точке закончена, однако настоятельно рекомендовал проехать эти 300 километров, потому что очень, очень красиво. Оказалось, что в горах практически нет дорог: оползни разрушили большую часть пути. В горах живут собиратели воды, которую потом переправляют на Большую землю по трубопроводу. Тропинками между поселениями мы кое-как прошли это последнее препятствие. В горах нам попался одинокий «ниссан» с двумя растерянными пожилыми людьми. Выяснилось, что это французы, преподаватели языка в Эмиратах. Захотев экстрима, они поехали в горы, порвали колесо, а в машине не оказалось набора ключей. Мобильной связи в горах не было, и вид двух машин с украинским флагом на крыше, по-моему, сильно их обрадовал. Мы быстренько поменяли колесо, подарили сувениры и двинулись дальше, получив от французов заверения в том, что Украина теперь будет в их сердце. Ну а в наших сердцах осталось что-то теплое от приключения в необычной стране Султанат Оман на Аравийском полуострове.
В будущем году мы настроены бороться за Приз Наций, и думаю, что с нашим составом и накопленным опытом у нас большие шансы. А гонка «Пустынный Экспресс» открыта для всех, и надеюсь, что Украину будет представлять не только наша команда.
Так уж повелось, что все поездки в моей жизни происходят спонтанно. Твердо решив, что с автоспортом в этом сезоне я буду связан только как организатор соревнований, я никак не подозревал, что мои «твердые» убеждения развеются в пыль. Увидев анонс знаменитой гонки «Пустынный экспресс», или, как называют такой формат соревнований автогонщики, «Пушечное ядро», я дрогнул. Осталось найти еще троих безумцев, готовых выдержать испытание пустыней и потратить сравнительно небольшие, но все же деньги на поездку. Желающие нашлись неожиданно быстро: Костя Бондарев, Татьяна Шейнич (жена Кости), Саша Сингаевский и я, Сухецкий Богдан. Вот и весь состав, представляющий Украину в далекой стране Султанат Оман на Аравийском полуострове, в международной гонке «Пустынный Экспресс». Представление о внедорожном спорте у остальной компании было поверхностное, но желание испытать себя в пустыне пересилило здравый смысл. Я ничуть не переживал: мы давно знакомы, и в коммуникабельности, выносливости и напористости сомнений не было В спешном порядке собрали снаряжение и прилетели в Султанат Оман. Формат соревнований казался довольно простым. Организатор выдавал стандартные автомобили «100 тойота Ленд Круйзер», с 4,5 бензиновыми двигателями и двумя топливными баками. Оснащены машины по минимуму. Каркас безопасности, четырехточечные ремни, стандартная резина, стандартный набор ключей, домкрат, трос, пара тяжеленных трапиков (металлические площадки, которые в случае чего засовывают под колеса), радиостанция, работающая на одной частоте для всех, и система спутникового контроля ИРАТРАК , по которой в онлайне отслеживалось движение экипажей. С помощью этой системы организатор следил за передвижением автомобиля; там имелась красная кнопка SОS для экстренных случаев и зеленая - для связи с организатором через спутник. Этот чудо-приборчик имел датчик, который сам посылал сигнал аварии, если автомобиль перевернулся. И, конечно, наш основной проводник и путеводитель - прибор GPS (система позиционирования, позволяющая определять местонахождение), в который были «зашиты» 49 точек маршрута. GPS показывал направление на точку, и, когда экипаж подходил ближе чем на 200 метров к метке, автоматически открывалась следующая точка. За 7 дней пути разрешено было пропустить только 2 точки, и то с приличной пенализацией. Подсчет результатов осуществлялся тоже довольно просто. Кто сумел пройти по кратчайшему пути с минимальным километражем в определенное время, тот и победитель. Понятно, что кратчайший путь был не сахар и пролегал по самым диким местам страны вдалеке от дорог. Маршрут периодически подходил к заправкам с магазинами, где можно было заправиться и купить воду и провизию.
Одно из основных правил гонки гласит, что экипажи одной команды обязаны стартовать не раньше 8 утра и остановиться, где бы они ни находились, ровно в 16.00, при этом неотрывно находиться в прямой видимости друг с другом. Любое нарушение жестоко наказывалось.
За день до старта на страну обрушился мощный ураган, который разрушил часть дорог, дома, поломал пальмы. Местами дороги были покрыты почти метровым слоем глины и грязи, принесенной селевыми потоками. Трудно было представить, что было бы с участниками, застань их такие потоки где-то в долинах.
Первый день обещал быть очень насыщенным. Путь к месту старта - почти 230 километров. Там уже проводились официальные мероприятия для VIP-персон, гонки на верблюдах, народные танцы, звучали приветственные слова, - но нас все это мало интересовало. Всплески адреналина, нервная дрожь, последние приготовления перед стартом. В машинах закреплено все, что может пригодиться во время пути. Брали только самое необходимое, ведь каждый килограмм дополнительного веса в дюнах играет большую роль. Спускаем колеса так, что диски почти касаются земли: это поможет не зарываться в песок. Машины выстраиваются в линию между двумя песочными горами. В «легенде», дорожной книге с комментариями к каждой точке, написано: «Слева в дюнах вы найдете проход к следующей точке». Влево смотреть не хотелось. Дюны высотой 200 метров, с которых местные детишки скатывались с радостными воплями на картонках, выглядели просто неприступными.
Французы, немцы, голландцы, прибалты, россияне, белорусы, казахи, украинцы - 16 команд и 36 автомобилей. Все по взмаху организатора ринулись в долгий семидневный путь. Из радиостанций несся такой галдеж на разных языках, что пришлось почти убрать звук. Постепенно страсти улеглись, все перевалили за хребет и каждый двинулся по своей малопонятной траектории на точку.
На вершине дюны открылась потрясающая картина - огромное, бескрайнее море песка. До самого горизонта одни дюны. Преодолеть по прямой этот ужас нам казалось невозможным. Где же этот проход, о котором заботливо написали организаторы? Через пару десятков километров, на которые мы потратили почти 5 часов, с постоянным откапыванием машин, мы совершили единственную, но серьезную ошибку. Не видя других экипажей, мы решили, что проход где-то есть, и, несмотря на то, что очень сильно отклонялись от прямой, упорно искали легкий путь… Только к вечеру мы поняли, что никакого прохода нет. Впереди были все те же дюны, которые нужно было преодолеть любыми усилиями. Устав морально и физически, приняли твердое решение: вперед! Но увы, лишние километры уже оставили нас без надежды на призы. К концу дня преодоление песка превратилось в рутину. Усадив по пороги в дюны сразу две машины, мы с некоторым облегчением приняли решение устраивать привал. Не прошло и 30 минут после остановки, как начался дождь. Пустыня в первый день решила проверить нас на прочность. Но это был еще не конец. Мы поспешили разбить лагерь, и тут обнаружилось, что в моей палатке отсутствовал каркас, колышки ,веревки. Все это было в чехле, который остался лежать дома. А дождь и не собирался заканчиваться. В семейную палатку Бондаревых проситься было не очень удобно, Сашина палатка оказалась одноместной, и туда с трудом влезла походная раскладушка. (Кстати, лежа на ней, чувствуешь себя как дома на кровати). В машинах тоже спать было невозможно: они стояли под таким углом, что спать пришлось бы практически стоя. Пришлось устраиваться в два яруса: Саня на раскладушке, а я втиснулся сбоку, в просветик. Так сказать, нижняя полка. Из соседней палатки немного пошутили на этот счет, и все быстро заснули, изможденные этим длинным днем. Не тут-то было, около полуночи мы проснулись от холода. За пару часов температура с 35 опустилась до 11 градусов! Хотя организаторы уверяли, что ночью ниже 20 не бывает. Естественно, спальники были рассчитаны на 20 градусов. Нацепив, все, что было из вещей, мы кое-как дождались утра.
Дождь прекратился, встало солнышко. Мы буквально за полчаса освободили две машины, которые, как казалось вечером, невозможно было достать вообще. Дождь сделал свое дело: песок стал влажным, и ехать было одно удовольствие.
Езда по дюнам - штука непростая. Разгоняешься, выскакиваешь на гребень. При этом видишь только небо и капот машины. Дальше как повезет: чуть помедлишь - садишься на гребне на брюхо. Перегазуешь - за гребнем может оказаться отвесный обрыв и переворот обеспечен. Часто на той стороне гребня оказывается воронка-ловушка, в которую машина сразу утыкается носом и выехать практически невозможно. Разобраться в строении дюн за неделю я так и не смог. Большие, маленькие, с широкими и узкими гребнями, обрывы, воронки, широкие порталы среди гор песка. При почти постоянном сильном ветре кажется, что пустыня должна быть в виде песочной равнины. Особенно меня поразил огромный котлован среди дюн. Почему ветер не занес это место песком, для меня загадка.
Учителей рядом не было, технику езды приходилось постигать на собственных ошибках, работая лопатой. В общем, все просто. Заезжаешь по большой дуге очень близко к вершине, пытаешься заглянуть на ту сторону дюны. Если все нормально и хватает инерции, переваливаешься, если нет - делаешь новый заход. Если с той стороны все-таки оказалась воронка, пытаешься двигаться по стенкам спиралью и перевалить дальше. Вторая машина ждет указаний и использует уже правильную траекторию. Преодолевать дюны - тяжелый труд. Днем жара поднялась до 35 градусов. Копать и бегать по дюнам было ой как непросто. Количество перекопанного нами песка можно было исчислять вагонами, а лопата стала основным инструментом.
Наконец мы добрались до точки дозаправки. Хотя мы и не видели в пустыне следы других участников, тут их скопилось довольно много. У многих были оторваны бамперы, разбиты задние стекла, погнуты двери. Досталось всем. Кто-то из судей одобрительно закивал и сказал, что у нас самая аккуратная команда, хотя и у нас при вытягивании лопнувшим тросом разбилась фара и погнулся капот.
Посмотрев на GPS, я не поверил глазам. Следующая точка находилась среди дюн (опять!), а рядом, буквально в пятистах метрах, синело море. В пустыню очень не хотелось, но песок после ночного ливня высыхал с катастрофичной скоростью. Ничего не оставалось, как побыстрее отправиться в путь, чтобы не успел высохнуть твердый подмокший слой. Удивительная страна, необычные условия гонки! Как только подумаешь, что все о’кей, тебя ждет сюрприз. Песок промок сантиметров на 15-20, получилась корочка наподобие тонкого льда. Первая машина без резких движений ехала по нему как по асфальту, второй было уже тяжелее, а потом мы испытали необычный эффект. Палящее солнце начало подсушивать верхний слой, и машину стало носить как по настоящему льду. На склоне достаточно было малейшего толчка, чтобы машину начало стаскивать вниз, а малейшая пробуксовка ломала твердую корку и могла посадить авто просто на мосты.
На исходе третьего дня организатор предусмотрел общий бивуак на берегу океана. С каким наслаждением мы плескались в теплой водичке, общались с другими командами, слушали шум волн! В этом месте песок был необыкновенно белого цвета. Меня удивило то, что мы все еще могли оценить красоту песка. Жаль, что организатор не захотел сделать здесь привал на день. Не повезло тем экипажам, которые прибыли на побережье уже в темноте. Сегодня требование на остановку в 16.00 было отменено. Все должны были собраться, получить новые указания и сделать новый старт утром. Здесь же была единственная возможность получить сервис. Питерская команда так штурмовала дюны, что, хотя и приехала одной из первых, на машины было жалко смотреть. У одной был напрочь уничтожен передний редуктор, а на заднем приводе в песке делать нечего. Русские насели на сервисную команду с требованием чинить мост. Те махали руками, утверждали что в поле это невозможно, и твердили: «Ноу поссибл». «Как это невозможно?! Посибл, посибл», - утверждали питерцы. В автоспорте механики за ночь практически новые машины собирают, а тут какой то редуктор! Хитрые местные сказали: «О’кей, будет редуктор, тогда поставим», - наверняка сознавая, что ближайший магазин запчастей на другом конце страны. Они не знали русских. Договорившись за большие деньги с журналистами, использовав их «тойоту» как донора и собрав по лагерю у кого какие были ключи, питерцы через пару часов с невинным видом принесли редуктор. Ооо, я видел эту картину! Думаю, до утра они и сами починили бы свою машину, но это было дело принципа. Утром отдохнувшая команда получила исправный автомобиль.
Покидать берег, который прозвали Бора-Бора, очень не хотелось. Опять общий старт и движение на точку. В легенде примечание: «Двигаться строго по накатанной дороге, или вы можете остаться здесь надолго». А где же эта дорога? Стартовавшие экипажи поехали каждый по своему пути, не задумываясь, что их ждет.
Представьте себе илистое дно моря. Вода уже давно ушла, но грунтовые воды не позволяют илу полностью высохнуть. Засохшая - только верхняя корочка. Выглядело это как хорошо укатанный асфальт, но мощные двигатели даже на второй передаче не тянули. В этот день очередь рулить была Сашина (мы регулярно менялись, а Костя, пользуясь положением главы семьи, практически все время проводил за рулем). Впереди, как бы осматривая окрестности, остановились несколько машин. Я каким-то чудом ощутил опасность и на очень повышенных тонах заставил Саню выскочить из колеи и жать газ до упора. Мы успели. Твердое место было через пару километров. За нами в разных местах садились машины, и среди них наш второй экипаж. Не проскочили и организаторы. Выглядело это комично: идеально ровное бескрайнее поле, усеянное машинами, и суетливо бегающие вокруг люди. Пожалуй, так серьезно мы еще не застревали. Ил буквально всосал машины. Для того чтобы поднять и подложить под колеса трапики, одного домкрата оказалось мало, он просто начал гнуться. Спасательные работы продолжались часа два. Еще одно подтверждение коварства региона.
Вечером у нас была запланирована туземная вечеринка. К 16.00 подобрали подходящее место для ночлега, поставили машины так, чтобы закрыться от ветра. Через пару дней пути у нас были четко отработанные задания по лагерю, и через 20 минут после остановки мы уже могли спокойно отдыхать. Конечно, первым делом хотелось принять теплую ванную или, в крайнем случае, душ, но норма воды исчислялась одной бутылкой на вечер. Девушке выделяли две.
Каждый достал припасенные туземные наряды, и мы весело провели вечер. При отсутствии палатки я всю поездку спал под открытым небом на походной раскладушке. В этом что-то есть, но пустыня, как всегда, не давала скучать. С 9 до 12 вечера дул сильный ветер, меняя направление каждые полчаса, а с полуночи температура падала и появлялась такая роса, что все становилось насквозь мокрым. Потихоньку и к этому приспособились. Однажды я проснулся от какого-то шелеста, открыл глаза и чуть не умер от страха. Надо мной выросла темная гора. Чего только не привидится спросонья! Меня как ветром сдуло с лежака, а дикий верблюд, решивший полакомиться украинской кухней, помчал в другую сторону. В пустыне этих верблюдов видимо-невидимо, мы даже иногда использовали их следы, чтобы выбрать правильный путь через дюны. А в одну из ночей какой-то зеброподобный осел орал так, что захотелось устроить на него охоту. Но разнообразием живности пустыня не радовала.
Организаторы приготовили новое испытание. На одной из точек стоял контрольный пункт, в котором отмечалось время, и до следующей точки средняя заданная скорость была 55 километров в час. Нарушаешь режим - штраф. Естественно, через некоторое время начались дюны, по которым ехать в таком режиме просто невозможно. Песок проскочили со скоростью около 30 км/ч и на спущенных до 0,8 колесах (при норме 2,5) понеслись по равнине наверстывать время. Качать колеса времени уже не было. Скорость в 140 км оказалась невыносима для наших колес, и после трамплина на второй машине порвались сразу два передних колеса. Костя каким-то чудом удержал машину от переворота. У нас осталось всего две запаски и появилось твердое правило - больше так не рисковать.
Вечером наша рация ожила и белорусская команда стала интересоваться, остался ли у нас запас водки. Остался! Но очень теплой. Как только белорусы получили координаты нашей стоянки, в ход пошла славянская хитрость. Сообщив организатору, что у них закончилась вода, а у нас она якобы имеется в избытке, эти жулики получили разрешение на переезд уже после 16.00! Братание двух народов проходило с тушенкой и почти сорокаградусной и по крепости, и по температуре водкой. Славянская хитрость заслуживает отдельного описания. Питерская команда, упершись в скалы на берегу моря, рассчитала время отлива и, немного подождав, просто поехала по воде, выиграв тем самым около 40 километров, когда остальные объезжали горный участок. Белорусы, разведав один из коротких проходов в горах, на другом участке вернулись пешком, чтобы ветками замести следы. Разговаривая на общей волне, прибалты на чистом русском утверждали, что нужно вокруг, а сами ехали прямо! И таких примеров было не счесть. Французы даже выразили недоверие приборам, и организаторам пришлось проводить дополнительную проверку. Все это мы узнали уже на финише, а пока километр за километром проходили просторы Султанат Омана. Впереди нас ждала горная часть страны. При подходе к горам на контрольном посту организатор сообщил, что гонка в этой точке закончена, однако настоятельно рекомендовал проехать эти 300 километров, потому что очень, очень красиво. Оказалось, что в горах практически нет дорог: оползни разрушили большую часть пути. В горах живут собиратели воды, которую потом переправляют на Большую землю по трубопроводу. Тропинками между поселениями мы кое-как прошли это последнее препятствие. В горах нам попался одинокий «ниссан» с двумя растерянными пожилыми людьми. Выяснилось, что это французы, преподаватели языка в Эмиратах. Захотев экстрима, они поехали в горы, порвали колесо, а в машине не оказалось набора ключей. Мобильной связи в горах не было, и вид двух машин с украинским флагом на крыше, по-моему, сильно их обрадовал. Мы быстренько поменяли колесо, подарили сувениры и двинулись дальше, получив от французов заверения в том, что Украина теперь будет в их сердце. Ну а в наших сердцах осталось что-то теплое от приключения в необычной стране Султанат Оман на Аравийском полуострове.
В будущем году мы настроены бороться за Приз Наций, и думаю, что с нашим составом и накопленным опытом у нас большие шансы. А гонка «Пустынный Экспресс» открыта для всех, и надеюсь, что Украину будет представлять не только наша команда.